Летний лагерь 2007

Летний лагерь 2007

Лето — это маленькая жизнь...

14-24 июля проходил наш любимый традиционный лагерь на Селигере.

В этом году с нами были дети из интернатов № 4 и № 28, а также четвероклассники из Беслана, с которыми мы подружились во время нашей зимней поездки. Нам помогали добровольцы из Москвы, США, Голландии, Италии. За эти десять дней было так много всего, что, кажется, можно написать целую книгу. Что мы и попробуем сделать в упрощенном и сокращенном формате странички сайта.

Как всегда, главное происходило в Семьях. У нас, как и прежде, было четыре семьи — Слоны, Зебры, Львы и Жирафы. А распределили детей по семьям в этом году Волшебные Ботинки!

Глава первая. В семье Слонов.

Мария Елисеева: Доброе утро Слонов начиналось в девять утра. (А не в семь или в восемь, как у бедных Зебр.) У нас в очень мягкой форме происходило доброе утро, мы очень нежно обходились со своими Слонами, тех, кто долго не вставал, мы в спальниках выносили к завтраку. Просыпались они уже сидя на стульях у стола, прямо в спальниках. Что было ещё хорошего? Завтрак обычно все готовили в нашем домике. И на завтрак у нас были омлеты, блины, сырники даже со сметаной, черника со взбитыми сливками и, конечно же, хлопья. Один раз мы завтракали с жирафами и со львами. Был очень большой вкусный завтрак. Особенностью жизни слонов было то, что оба наши Главы Семьи — Тео и Чип — были клоунами, совершенно сумасшедшими, прекрасными, замечательными папами. Всё было очень-очень ненапряжённо, по-дружески, душевно и очень по-семейному. И они всегда у нас (у детей) спрашивали, что мы хотим делать. И в первую очередь руководствовались именно этим. То есть, что делать в наше семейное время, действительно придумывали дети. Планы менялись в зависимости от погоды. Не было какой-то упёртости или регламентированности. А было очень всё по-человечески и замечательно.

Что очень важно, у нас в Слонах — это традиция — мы читаем вечером дневники. И для того, чтобы всё это вечером читать, то надо дать время детям их писать. И вот мы всегда старались это время изыскать, хоть пятнадцать, хоть двадцать минут найти таких свободных, когда все могут записать что-то в своем дневнике. Мы никого особенно не заставляли, но мы очень красивые наклейки приготовили. И сказали, что их цель — украсить ваш дневник. Если вы пишете, то вам нужны наклейки, если не пишете, то может, они вам тоже нужны, но у нас они только для дневников. Всё логично. И дети это очень быстро поняли. Читали только те, кто хочет. И сначала это было два человека. Потом — три, потом — четыре, потом — почти все. И писали очень интересно, маленькие диктовали старшим. Там у нас было немного людей, которые писать совсем не умеют, семилетний Олежка, например. Может, ему еще и семи нет, он не мог вспомнить, шесть ему или семь.

А было очень всё по-человечески и замечательно.

И еще один малыш Ванечка был после первого класса, но он тоже писать почти не умеет, он только читал по слогам, ему писали печатными буквами. Для многих детей это первый опыт — самому написать о событиях своей жизни, себе же на память. Чтобы не слушать по много раз похожие тексты: «Мне сегодня понравилось кататься на банане, купаться и есть хлопья», мы долго думали, как это можно разнообразить и случайно придумали следующее: каждый говорит только три слова, как можно точнее отражающие впечатление от прожитого дня. Это могло быть не только: купаться, лодка, банан, но и, например: вдохновение, дети, улыбки. Это оказалась такая новая игра, которая всем понравилась.

Глава вторая. Жизнь в семье Зебр.

Леша Строев: Павел вставал в пять часов. Готовил дрова, разводил костер, варил кашу на костре, делал тесто. Часов в семь вставали иностранцы и мы, дети в полвосьмого. В восемь был завтрак. Павел делал кашу гречневую, с фруктами, а наша мама Дженнифер пекла блинчики.

Я завтракал в своей семье, а потом часов в девять был завтрак у Слонов, и я туда приходил. Они мало ели. У них сыр оставался. И мы из Зебр приходили к ним и еще раз завтракали.

Потом мастер-классы. Я помогал Павлу. Мы делали луки. Рубили березовые палки только, потому что береза хорошо гнется. У меня единственного лук получился ровный. Надо было ножом строгать. Детям сложно было. У Павла были искусственные жилы для тетивы. Надо было скручивать 4 жилы. Делали на луке надрез для тетивы, и все. Потом стреляли. У Дженнифер были стрелы.

Когда было семейное время, ходили в лес, играли в разные американские игры. Такая была игра. Было несколько команд, у всех на майках привязывали ленточки, у каждой команды разного цвета. И каждой команде надо было сорвать все ленты. А я оказался слишком проворным. С меня не сорвали ни одной ленточки! Со всех сорвали. А за мной полчаса бегали, даже Павел бегал, но не догнал. Чаепития у нас были у Наташи. Разговаривали, что прошло, что понравилось, что бы они хотели завтра, какие игры играть.

Лалита Гайсумова: Павел — папа Зебра — по утрам картошку жарил, блины делал, всякие вкусности. А мама Дженни варила нам чай. В семейное время я, в основном, была с девчонками из Беслана — с Лолитой, с Илоной. Мы были на пляже. Купались, катались на лодках, на акуле. Один раз мы с Марией рисовали большую картину. Чай вечером пили либо с Ольгой Ивановной, либо с Наташей и Альбиной. Ольга Ивановна нам один раз даже картошку с грибами пожарила.

Глава третья. Как жили Львы.

Юля Лосева: У Львов жизнь в семейное время была очень насыщенной. Мы успевали не только искупаться и на лодках покататься. Ира — наша мамочка — еще поставила с детьми спектакль. Она выбрала русскую сказку «Гуси-лебеди». И, что интересно в этой сказке играли и наши интернатские, московские дети, и бесланцы, и американские ребята (у нас в Семье была американская семья — мама Лесли и три сына). Хейсу, Дилану и Бену пришлось даже выучить по паре русских слов, чтобы играть торговцев на базаре. Но самую большую роль на непонятном ей русском языке пришлось учить Морган, которая играла бабу-Ягу. Она научилась выговаривать «Пойду за дровами!»

Еще у нас были очень интересные секретные задания почти каждый день. Все — и дети, и взрослые — тянули бумажки с именами, и кто кому достался, тот назывался твой секретный человек (каждый раз — разный человек). В первый раз надо было за ним незаметно наблюдать, а вечером на семейном чае рассказать, что нового ты про него узнал. Второго секретного человека надо было чем-то удивить. В третий раз — надо было его чему-то научить. Меня, например, Дилан учил хитрому рукопожатию, целому ритуалу. А Тамарочка учила Лесли петь песенку «Девочка плачет — шарик улетел». А еще в какой-то раз надо было этому человеку разрисовать футболку — Лесли привезла белые футболки и специальные маркеры для них. И мы их разрисовывали на глазах друг у друга, при этом каждый хранил в секрете, для кого он делает футболку. А потом была торжественная раздача футболок на семейном чае.Семейные чаи у нас затягивались сильно за полночь, так что самые младшие — Матвей, Петя и Бен иногда засыпали в процессе. Мы много говорили о разном и стали очень близки друг другу. Так что на последнем чае у всех глаза были на мокром месте.А еще дети делали флаги, рисуя на кусочках ткани. А еще мы играли в разные игры. А еще наша семья была самая большая, а дети в ней были самые маленькие, один даже еще, как говорится, «в проекте» . Это наша вторая мамочка Эрика — совершенно героически смелая женщина, несмотря на растущий животик прилетела к нам за тысячи километров, потому что считала для себя важным в это время побыть мамочкой семьи Львов. За что ей наше большое спасибо!!!

Глава четвертая. У Жирафов.

Сона Степанян: Мы ходили в походы пешие, в лес. Вера Ивановна и папа Толя рассказывали нам про цветы, деревья, как каждое называется, и дети что-то пытались запомнить, даже для меня было много нового, потому что я цветов совсем не знаю. Плели веночки из цветов.

Мы нарисовали маленькое семейное панно, как коллаж. Там, действительно, принимала участие вся семья, даже воспитательницы интерната, уверенные в том, что рисовать они не умеют. Оно шикарное получилось. Вера Ивановна включила нам для вдохновения прекрасную музыку.

Мы слушали Прокофьева «Петю и волка». Текст читал Табаков, а временами Безруков, для меня это было наслаждение.

Бесланские дети к концу лагеря так стали заботиться о наших детях из 28-го интерната, просто потрясающе.

Мы договорились в начале, что у нас есть большая семейная свеча, она зажигается каждый раз, когда вся семья в сборе. И говорили мы с свечкой в руках. Говорил только тот, кто хотел. И каждый день ее зажигал кто-то другой, такое почетное право. У Наташи Лавриковой никак не получалось управиться с зажигалкой. Когда Наташа слишком низко своей челкой наклонилась, бесланские мальчики заволновались: «Куда ты так близко, волосы подожжешь!»

С Тэей очень подружились бесланские девочки — Алина и Ира.

У нас был Сослан, который где-то на третий день заявил мне, что у нас самая лучшая семья. Потому что другие семьи живут по расписанию, играют в какие-то игры, а мы — ходим в лес гулять, купаемся, в общем, отдыхаем.

Когда в первый вечер все знакомились, представлялись, то все называли просто имена , а меленький Ваня сказал: «Меня зовут Ваня Гадалов». Все засмеялись. И это «Ваня Гадалов» стало у нас в семье просто нарицательным, если кто-то делал что-то смешное, говорили: «Ваня Гадалов». Второй герой был Сережа Шурочкин. Жаль, что они не всегда были на наших семейных чаепитиях — их часто воспитатели забирали рано спать.

Маленьким очень нравилось кататься на лодках. Даже больше, чем на банане. На банане им не всегда всем разрешали кататься. Но один раз отпустили, всех троих, Ваню, Андрея и Сережу со мной и Маграт. При этом из всех нас плавать умеет только Маграт! Хотя все в спасжилетах, но испугаются же в случае чего!

Маграт: На самом деле это был самый страшный для меня момент в этом лагере. Я понимаю, что Сона плавать не умеет, а я сижу на половину в одежде, и дует адски холодный ветер, а дети сидят такие счастливые, мордочки довольные ко мне поворачивают и ручки начинают отпускать. А я думаю: «Вот как сейчас окунутся они в это озеро!» Но делала вид перед детьми, что ничего страшного. А сама очень боялась, очень.

Эрика Степанян: Мне кажется, что в любой семье важны какие-то маленькие кусочки семейной жизни, какие-то возникающие отношения между нами и детьми. Это то, что захлестывает гораздо сильнее всяких мероприятий. Я во всех детей совершенно влюбилась. Они все для меня какие-то родные. И вернувшись в Москву, я чувствую без них пустоту. Иногда даже думаю, может не надо к ним так привязываться, так впускать их в свое сердце? Но так все равно не получается, все равно отдаешься этому целиком, а потом, расставаясь, теряешь что-то главное.Ира Кулиева: Алина меня ночью разбудила, говорит: «Пойдем мазать мальчиков!» Мы пошли и начали мазать Сосика, а он встал и напугал нас, и начал смеяться. Мы очень испугались.

Сослан Дзестелов: Вадим пришел и меня намазал, потом девчонки пришли, я резко встал и говорю: «Уйдите отсюда!» Они забоялись — и под кровать. Больше всего понравилось кататься на банане. Больше всего удивило то, что там были вначале такие большие разговаривающие ботинки.

Артур Дзагоев: Там красиво, весело, мы катались на банане. Мы подружились с Ваней Гадаловым. Я ходил на игры с Пашей, еще ходил лук делать, но я его сделал не до конца.

Залина Дзукаева: Я научилась печь пряники. У Соны я научилась рисовать на лице всякие сердечки, цветочки. Больше всего мне понравилось на банане кататься.

Глава пятая. Мастер-классы

А по утрам для всех проводились мастер-классы. В этом году у детей был такой выбор:

Мария и Маграт учили всех желающих писать маслом. В хорошую погоду это происходило на берегу озера — все писали пейзажи, а в дождь перебирались в дом и писали натюрморты.

Руслан учил рисовать акварелью. 

 

Асланбек и Лалита учили делать декоративные клоунские ботинки из пластилина, бисера и блесток.

Лалита: Много было желающих, но мы провели всего три раза мастер-класс, потому что у нас материала не хватило.

Сона и Эрика учили искусству грима. 

Юля и Полина учили печь печенье, пряники и прочие вкусности. То, что испекли, они каждый вечер отдавали на чаепитие в каждую семью по очереди. Так что всем досталось попробовать. 

Вера Ивановна учила игре на синтезаторе и разучивала с детьми песни. Потом ребята выступили на большом концерте. 

Тео и Илья учили жонглировать.

Павел, Джей, Аллистер, Нина, Лесли учили наших детей своим американским спортивным играм, а также делали с ребятами луки. Паша и Чип играли в клоунские игры.

Наташа занималась с детьми йогой.

Юля плела фенечки.Тамара, Микела и Оля учили лепить из глины.

Сережа и Надя учили оригами.

Лена и Валя показывали хорошие детские фильмы и рассказывали ребятам о кино. 

Аня рисовала на теле. Это смотрится как татуировка, а на самом деле — просто краска, смывается под душем. Но выглядит классно.

Ира и Петя учили выжигать по дереву. Петя — самый юный ведущий мастер-класса в истории «Детей Марии» — ему всего семь лет. Но выжигать он умеет. А также «зажигать».

Глава шестая. Большая игра.

Это давняя традиция — устраивать большую, на целый день, игру типа «Поиска сокровищ». В этом году игра была сильно модернизирована.

Рассказывает Маграт,

координатор игры:

— Все начиналось еще в студии, где мы так хотели заранее приготовиться, заранее все это сделать, но, как всегда, многое не успели. Нет, это, конечно продуктивно, что мы начали готовиться заранее, поставили ограничения на станции, например, чтобы станция несла в себе элемент обучения, чтобы участвовали все дети. Абсолютно гениальная идея была поделить детей на группы. Она была одной из самых важных составляющих этой игры.

После игры мы подумали, что общую идею, сказку, надо придумывать заранее, еще зимой, постепенно собирая с людей материал. В этом году нам пришлось это окончательно придумывать в последний вечер накануне. Собрался стихийный актив — Илья Сегалович, конечно, еще разные люди. Появился совершенно случайно новый человек Саймон, который придумал показывать фильм, и этот фильм снимался в столовой в 4 утра.

Было 8 групп по 8 человек. Каждую группу вел ЛЕПРИКОН — некий сказочный персонаж, ведущий, который знает маршрут. Народ леприконов, по легенде, потерял память, ее украли злые гоблины. Леприконов найти оказалось очень трудно, мы их нашли в последний момент, наконец все благополучно разделились. Детей мы поделили заранее, примерно в равной пропорции бесланцев и интернатских в каждой команде. Конечно, при делении пришлось учитывать всякие детские симпатии — антипатии, возраст и т.д. С каждой группой было 2-3 взрослых — леприкон и кто-то еще — воспитатель или педагог.

Итак, в начале игры детям объявили задачу — помочь леприконам найти память, Саймон, который играл Короля леприконов, объяснил, что было у них сокровище, но гоблины украли память, и теперь леприконы не знают, где оно. Надо искать сундук и ключи к нему. Детей поделили на команды, каждой команде повязали на шею косыночки разного цвета, и дети отправились по станциям.Станции расположены по условному кругу. Каждая команда должна была пройти их все, в реальности, некоторые не все успели. Итак, о станциях.

Сона. У нее была совершенно гениальная станция — у нее были банки с гадостями — холодными макаронами, киселем (который надо было пить!), лягушки живые плавали, змеи, к счастью, резиновые, в водорослях. Это было очень страшно, я бы, честно, туда руку не сунула. Там надо было достать стеклянные камушки — столько, чтобы перевесить ключ, лежавший на весах.

Тео. Так как он голландец, он решил быть Летучим Голландцем, и дети его должны были переносить с места на место на одеяле. Воспитатели 28-го интерната рассказывали потом, что было очень смешно — в их группе было много маленьких детей, и они пару раз Тео роняли. (Интересно, насколько смешно это было для Тео?)

Наоми и Юра. Они были в роще на берегу, один из них плавал в лодке, его команда могла подманить к берегу песней. Заданием было, кажется, зажечь костер.

У Паши была спортивная станция. Там надо было пролезть в паутину и еще разные спортивные задания — стучать мячом, ходить по тарелочкам.

Наташа Сидорова была бабушкой, забывшей, куда она спрятала ключ, дети находили сначала подсказку, потом и сам ключ.

Руслан и Надя рисовали с каждой семьей фрагмент большой картины, которую потом в конце игры сложили в одно целое, и где было показано место расположения сундука.

Павел с командой американских ребят устроили командную игру «Болото».

Чипу дети строили песочные замки на пляже.

Леша Строев в роли профессора ботаники (!) и Наташа Хасанова в роли его помощницы — это было для меня просто открытием. Леша так отжигал в своей шапочке профессорской, в черной мантии, настолько был в образе! Они просили детей найти разные растения.

Ася, Тата и Асланбек. У них тоже была спортивная станция — там надо было бросать мячик в корзину. Тата была доброй феей, а Ася — злой, правда страшной, некоторые дети ее пугались и боялись идти к ней на корт. Аслан был слугой Аси и бывшим вампиром.

Были два гоблина — Илья и Заза, которые бегали и на всех нападали, отнимали у леприконов ключи и отдавали только за задание, типа фризби покидать, после этого гоблины расколдовывались и становились добрыми. И когда гоблины подружились со всеми группами, они готовы были отдать сокровища. Мальчик Сослан всю игру допытывался у своего леприкона Бориса — это настоящие гоблины или нет. И Боря был в затруднении — сказать ему, что настоящие — так он с ними по-настоящему драться пойдет. Сказать нет — так ведь игра!

Морган строила пирамиды из камней. Переводчиком у нее был Боб.

Полина с Лизой в виде приведений учили проявлять невидимые чернила.

Ирочка была феей ветра, она делала станцию про запахи. Дети с завязанными глазами должны были угадывать разные вещества и продукты по запаху.

Лена и Валя — Крокодил Лена и Валюха Шапокляк — задавали интеллектуальные задачки со словами.

Король со своими помощниками кормил всех обедом в процессе игры.В конце концов, все ключи были собраны, сундук с памятью найден. В нем оказалась лягушка с флешкой — это и была память. Флешку вставили в ноутбук — и дети увидели фильм, как Король леприконов засыпает над своими сокровищами, тут приходят гоблины и воруют у него память. Дети посмотрели фильм, поняли, что это в столовой и быстро побежали в столовую впереди всех взрослых. Вот в этот момент я испугалась, так как думала, что там сидит только Юля Клечина и Оля, и дети их просто сметут. Я подняла тревогу, и некоторые взрослые побежали, обгоняя детей, отчего дети побежали еще быстрее. Это был тот момент, когда я сорвала себе голос. Уже добежав, я увидела в дверях столовой Юлю Лосеву и поняла, что все под контролем. Они входили организованно по группам с леприконами и брали сокровища — шоколадки и фонарики. В общем, все прошло круто!

Глава седьмая. Дискотеки и осетинские пироги

Оттого, что с нами было много бесланцев, на дискотеках у нас впервые появились кавказские танцы. 

Их танцевали дети из Осетии и наши Сона и Эрика, а мы учились у них и тоже осваивали плавные движения кавказских танцев. 

Доктор Заза не только сам показал класс, но и учил всех желающих.

А однажды прямо на дискотеке девочки под руководством учителя Альбины Гавриловны вручили каждой семье блюдо с традиционными осетинскими пирогами. 

Их днем напекла Альбина. С сыром, картошкой, но самые вкусные — со свекольной ботвой. Спасибо!

Глава восьмая, понятная без слов. На волнах Селигера

Глава девятая, словами не передать. СПА-вечер

Глава последняя

СПАСИБО! всем, без кого этот лагерь был бы невозможен: фонду CAF, фонду «Дар», компании Jones Day, англо-американской школе, компании Кока-кола, компании DHL, компании ПрайсвотерХаус Куперс, корпорации Росинтер, детскому фонду ООН ЮНИСЕФ, магазину Build-A-Bear и фирме «Японские кондиционеры» за игрушки для детей, Софи и Роланду Нэш, нашим замечательным волонтерам — Тео и Брехии Шилдер, Чипу Дэйли, Дженнифер и Павлу Черкасовым, Эрике Стеклер, Бобу Эпплтону , Эрме Банхат, Илье Сегаловичу, Ирине Барановой, Микеле Болоньяни, Оксане Юшко, доктору Зазе Хугаеву, Лесли, Хейсу, Дилану и Бену Вард, Морган Клинко, Наоми Шейфер, Аллистеру Батлеру, Джэю Бэйтолу, Нине Манджини, Юре Лютеру, Ольге Сидоровой, Зое Зиновьевой, Надежде Леоновой, Нине Чугунковой, Альбине Казиевой, Тамаре Наумовой, Алексею Чиркову, Антону Воробью, Маше Дермичевой, Руслану Ларцеву, Юле Клечиной, Лалите Гайсумовой, Асланбеку Гайсумову, Наташе Сидоровой, Наде Вараксиной, Паше Авдошину и ВСЕМ СОТРУДНИКАМ, и ВСЕМ-ВСЕМ-ВСЕМ ДЕТЯМ!